Ведьмина доля. Глава 40

Ведьмина доля. Глава 40
​На следующий вечер я шагала по улице, смотря как блестящие в свете фонарей капельки, словно множество мотыльков, летят к земле. Город был старым, похожим на огромного дракона, красивого и гордого монстра с переливающейся чешуей. Причудливые переплетения серебряных рельс трамвайных путей. Мерцающие вывески магазинов. Бестолковая реклама на облезлых остановках. Огромные парки с аккуратными клумбами. Заброшенные, опасные подворотни. Памятники и фонтаны, освещенные цветными лампами. Разбитые дороги, на которых легко переломать ноги в темноте.
Контент:

Мне нравилась сама возможность потеряться на незнакомых улицах. Оказаться в месте, где еще никогда не была, а потом спрашивать дорогу у прохожих и находить что-то новое — беседку в тени большого здания, декоративный прудик или домик с красивыми балконами и цветами у подъезда. Не самое плохое развлечение для студентки.

Сегодня казалось, кто-то неслышно следует за мной в тени, смотрит в спину, крадется. Ощущение, надо признаться не из приятных. Несколько раз оглянулась и не заметила никого. Паранойя, должно быть. Какой-нибудь психической болезни давно пора бы поселиться в моих мозгах.

Кстати, вчера я позвонила деду и сказала, что в университете работает охотник, на что он ответил:

«Да-да, только собирался тебя об этом предупредить. Буквально сегодня навел о нем справки. Вообще-то этот тип — студент аспирант, а часы ему дали, потому что препод, который вел этот предмет лет семь, и он еще много чего там вел, в самом начале года попал в больницу с сердечным приступом. Кинулись искать замену, большую часть часов распределили, а пару предметов свалили на аспирантов, в том числе и этому досталось. О нем выяснил вот что — ужасно правильный и пафосный юноша. Он тебя не обидит, единственное, что тебе грозит — это смерть от скуки во время его проповедей».

На мой вопрос: «А почему он взялся за эту работу? Вроде бы как занят, мир спасает…», дед ответил: «Многие маги и охотники живут двойной жизнью, проще нам так».

Признаюсь, характеристика, которую дед дал Олегу Андреевичу меня успокоила. Я подумал: «Станет новый знакомый следить за мной? Да, я нужна ему?..». Надеюсь, у него дел хватает. А другие, неужели в этом городе он один?

Ну, все надо идти в съемную квартиру. Поеду с несколькими пересадками, и вдруг отстанет? Хотя если этот маг, от него так просто не отвяжешься. Впрочем, я зря беспокоюсь. Влад не послал бы меня сюда, не договорившись с местными магами. Значит, это игра моего больного воображения.

Добравшись домой, рухнула на диван. Ноги гудели, от вечерней прохлады устала, и хотелось спать. Мы учимся то в первую смену, то во вторую, так не успеваешь ни выспаться, ни приготовить задание. Но немного подремать просто необходимо. Блаженно потянувшись, свернулась калачиком — античная литература может подождать часок другой, а отдых нет. Завтра последней парой у нас именно этот предмет, это надо как-нибудь пережить.

Стоило мне задремать, как раздался звонок в дверь. Соседям что-то нужно — кто еще придет ко мне сегодня? Но я притворилась трупом — перебьются. Несколько минут было тихо, и я задремала снова, звонок повторился и еще настойчивей. Ну, точно — топлю бедных соседей. Надо бы вставать. Кое-как оторвав себя от дивана, направилась к двери. Кто-то надавил на кнопку в третий раз.

— Да, щас открою! — крикнула я. Распахнула дверь и... поняла свою ошибку. На лестничной клетке не толпились соседи в халатах и со швабрами.

Попятившись, затравленно озиралась и попыталась юркнуть обратно в квартиру, потому что на моем пороге стоял Макс собственной персоной. Замешательство длилось всего несколько мгновений, но этого времени моему «приятелю» хватило, чтобы схватить меня за руку и прошептать в самое ухо: «Есть разговор. Не бойся. Не бойся меня». Он сунул мне в руки букет из алых роз.

«Такие дарят как символ страстной любви, крови и жизни, — подумала я. — Эти цветы больше подошли бы взрослой женщине, а не студентке вчера окончившей школу».

Острые шипы оцарапали мне пальцы, и кровь попала на красные лепестки. Кровь шумела в висках. Отчего-то у меня закружилась голова и я поняла, что без поддержки Макса просто упаду и вернулась в квартиру, повиснув на его руке.

На тесной кухне он поставил чайник на газ. Я села на стул подальше от плиты, сложила руки на коленях и смотрела в пространство перед собой, предоставив ему искать вазу для цветов и заваривать чай. Не иначе как он следил за мной от университета. Это выглядит, как попытка извиниться, а для чего? Ведь между нами все уже понятно. Но для чего он приехал сюда, если не из-за меня? Я представила, как кто-то ищет меня в лабиринтах запруженных чужими людьми улиц темным дождливым вечером. Так нужно, чтобы я поверила в его чувства и что он больше не причинит мне боли? Красивый жест, ничего не скажешь, но почему-то стало стыдно. Разве я стою таких жертв? Не просила, чтобы он приезжал в этот город, шел за мной тенью весь вечер и дарил цветы. Теперь чувствую себя обязанной — он заставил меня поверить в то, что я любима. Вспомнив свое отражение в зеркале, косо усмехнулась.

Мы сидели напротив друг друга, как в нашу последнюю встречу. Дождь тихо царапался в окно множеством водяных осколков, а в холодном мутном стекле дробился свет ночных фонарей.

Включать лампу не хотелось, тогда происходящее станет слишком настоящим. Я буду видеть, как блестят от дождевой влаги его волосы, как пульсирует жилка на виске, как тяжело поднимается грудь. Нет, пусть лучше все остается иллюзией, лишенной деталей.

Отвернувшись, я посмотрела в окно. Из подъезда вышла девушка в легком плаще с цветным зонтом. Она шагала легко и уверенно. Я успела рассмотреть тонкий шелковый шарф и длинные светлые волосы.

«Вот кого стоило искать, чтобы подарить цветы», — подумала и обернулась к Максу.

— Для чего ты пришел?

— Ты обиделась?

— С чего бы? — Я беззвучно рассмеялась. — Мне просто больше не хотелось тебя видеть. Не говори, будто то что было между нами естественно. Не надо начинать все сначала, извиняться, просто оставь меня в покое.

— Неужели все? Ты сама в это не веришь. Никогда не позвонила бы мне, если вечером скучно, да? — он, склонив голову, заглянул мне в глаза.

— Не позвонила бы, — кивнула я.

— Но я хочу быть с тобой. Тебя боятся люди — я знаю это и все равно хочу... Я не могу оставить тебя в покое. Хотя ты об этом просила много раз.

— Быть со мной?.. Я уже знаю как. Если ты сделаешь со мной это, уберешься из моей жизни навсегда?

— Шутишь?

— Я как никогда серьезна.

Но на душе было горько. Вспомнилось, как я боялась охотника с пронзительными зелеными глазами. А разве он сделает со мной что-то более мерзкое, чем тот же Макс? Да он просто убил бы меня и это честнее, чем требовать любви. Мгновенная смерть от кинжала не так мучительна, как эти разговоры о «чувствах», наигранные фальшивые «нежности», которые «нравятся девушкам», а на самом деле только полная идиотка им поверит. Ведь понятно, что он хочет сделать меня своей игрушкой, которой сначала говорят о любви, а потом, выворачивая руку, тащат в постель, чтобы этой «любовью» заняться.

— Я тебе так противен?

— Нет, но я не люблю тебя.

Он медленно взял мою руку и понес к губам.

— Зато я тебя люблю, и этого для начала хватит.

— А ты сам веришь в свои слова?

— Верю. И не дам тебе вычеркнуть меня из своей жизни. Предлагаешь сделку? Но мне нужна ты, а не такая сделка.

Я, закрыв лицо ладонью, отчаянно рассмеялась скорее над собой, чем над ним. Это он понял и опустил мою руку, потому что вскипел чайник, и кто-то должен был разлить по кружкам кипяток.

С Максом мы познакомились прошлой осенью, выходит, прошел почти год. Говорят, будто девушки хорошо запоминают такие даты, но не я. Месяц еще могу сказать, а день — это уже слишком. За это время я сильно привыкла к человеку, с этим не поспоришь. Хотя часто он раздражал, но с ним я не чувствовала одиночества. Приятно осознавать, что ты нужен кому-то, хотя некоторые привязанности становятся хомутом на шее. Я бы очень скучала особенно поначалу. Так, может быть, стоит смириться? Простить ему прошлую выходку, чтобы… дождаться еще одной.

Он придвинул мне чашку.

— Что ты будешь с чаем?

Я пожала плечами.

— Достань что-нибудь из холодильника.

Он мог просто ошибиться, сделать глупость, а теперь раскаивается? Или это я не хочу, чтобы Макс ушел навсегда?

— Утром я уеду, но каждый день буду ждать твоего возвращения.

— О, да! И ты пришел затем, чтобы сказать мне это? — спросила в ответ на очередную заученную фразу.

— Не только.

Он снова принялся целовать мои руки. Затем заговорил:

— Ты недавно пришла домой и хочешь есть. Давай продолжим после ужина.

— Первая здравая мысль за вечер.

Макс достал из пакета бутылку вина и конфеты и поставил на стол.

— Мило, — иронично улыбнулась я.

— Пьешь ты совсем немного — это я уже понял. А заливать силой не буду.

Мы ели в молчании. Потом поднялся, подошел ко мне. Я сжалась, вспомнив, как в прошлый раз он грубо схватил меня за плечи. Макс медленно опустился на одно на колено. Мне это было неприятно, и собиралась попросить, чтобы он поднялся и прекратил этот спектакль. Макс перехватил мою ладонь, приложил палец к губам. Выходило уверенно, умело почти не наиграно, будто «герой-любовник» давно этому научился.

Читать дальше

02:00
416

2 комментария

22:25
Прода должна была выйти 31 октября.
01:08
А вот и полная версия главы)