Проклятый мир (Вечная игра) глава 10

​Рхетт шел по широким пустым покоям Верховного Князя, равнодушно смотря на роскошные ковры, дорогие мелочи обстановки в приоткрытых неубранных комнатах. Сонные придворные без страха смотрели на темный силуэт в длинном плаще. Им не приходило в голову, что телохранителю ничего не стоит одним небрежным движение свернуть шею.
В одном из зеркал он мельком увидел свое отражение — светлые коротко стриженные волосы не скрывали старого рубца на виске. Рхетт носил с собой меч и в покоях Верховного Князя, потому что числился его личным телохранителем. «И выгляжу я именно как «сторожевой пес», — подумал он, едва заметно усмехнувшись. — Кто узнает во мне начальника тайной стражи?».

Он был похож на самого обычного вояку — широкое открытое лицо, тяжелый подбородок, крепкое телосложение, большие руки. Только темные холодные глаза, немного развеивали это впечатление.
Контент:


День подошел к середине, и лучи осеннего солнца свободно проникали сквозь широкие окна. Начальник стражи знал, что Бродерик уже проснулся, и, возможно, готов к разговору. Утром правитель отсыпался после бесконечных гулянок, а ночью, понятное дело, был занят. По старой привычке Рхетт был внимателен и сосредоточен. На миг он остановился у полотна в золоченой раме, которое вчера днем висело прямо, а сегодня скошено. Кое-то из его коллег рассказывал, что наемные убийцы прячут самострелы с отравленными иглами за картинами. Так что он убедился, что все в порядке и продолжил свой путь.

Вот уже много лет он служил этой семье и хорошо изучил всех. Алекс — силен, амбициозен, считает себя воином, только вот выдержки ему не хватает. Он не привык притворяться и лгать, думает это недостойно. Ни во что не ставит отца и не скрывает этого. Для Бродерика никакой опасности не представляет, потому что никогда не ударит в спину. Но в его отряде есть пара агентов Рхетта.

Красавица Мари — лжет, что больна и не появляется часто в больших бальных залах. На самом деле ей просто противен муж, но у нее достаточно любовников. Она не опасна, потому что жизнь для нее игра, а убийство князя вряд ли будет интересной игрой. Гораздо веселее обманывать его и развлекаться с другими.

Ее дочь, преданна отцу. Бедняжка уверенна, что власть их династии дана богом, и Бродерик, конечно, вассал этого самого бога на этом острове.

Артур умен, осторожен, как кошка и расчетлив. За показной слабостью и вежливостью скрывается характер чудовищной силы. Будь юноша действительно так слаб, как хочет показать, никогда не смог метко стрелять из арбалета и посещать учения в отряде Алекса. За ним нужно присматривать, но Бродерику лучше не знать об этом до поры до времени, иначе начнет давить на мальчишку сильнее, и вырастит себе настоящего врага. Поэтому Рхетт даже иногда заступался за Артура, к примеру, когда того наказали, за то что выступил против отца на собрании.

Опасней всех была Хельга. Рхетт, никогда не знал, чего от нее ждать. То пряма и простодушна, то замкнута и скрытна; то сидит днями в своей комнате, то пропадает неизвестно где; то остроумно вышучивает придворных отца, то игнорирует их.

Хочет разорвать мир на части и сложить как можно лучше. Мешать ей, что плевать против ветра. Такой страшной воли, он еще не встречал ни у кого. Начальник тайной стражи видел, на что эльфка способна в бою, собирал слухи о ней, и быстро пришел к выводу, что это один из самых опасных воинов на Книв. А ведь ее учили убивать; вести в бой таких же безумцев, как она сама; принимать послов с дипломатической вежливостью; улыбаться, держа нож за спиной. И вот как раз о ней Рхетт и собирался поговорить с Верховным Князем.

Он не ошибся и застал Бродерика за утренней трапезой, состоящей из твердого сыра, ветчины и бутылки легкого вина. Рядом с правителем на подушках полулежала юная дева в одном халата.

— Разрешите поговорить с вами без свидетелей.

— Проходи, хмурая рожа. Что с тобой делать? — благодушно отозвался князь. И тут же обратился к девушке, — подожди меня в комнате с бассейном.

Когда она вышла, и шаги стихли в коридоре, Бродерик спросил:

— Что тебя ко мне привело в столь ранний час? Опять ублюдочные заговорщики покоя не дают? — В счастливые моменты жизни князь вел себя развязно и пренебрежительно, но если все шло наперекосяк — все его бахвальство улетучивалось.

— Не всех заговорщиков давно разогнали. Вопрос у меня совсем другого характера... хочу поговорить о вашей дочери.

— А с ней-то что не так? Ведет себя совсем плохо? Хорошо, я ее отшлепаю. Чего еще хотел?

Рхетт замолчал и задумался. Беспечность Бродерика временами раздражала. Наконец, он собрался и продолжил.

— Вижу, вы не понимаете всей серьезности дела. Я считаю, что Хельга принимает участие в пиратских грабежах или сама их организовала.

— Кто — Хельга? У нас конечно не получается наладить тепленькие отношения, но грабить из-за этого она не станет.

— Это не месть. Разбойникам нужно для чего-то много денег и сразу.

— Это я и сам понял. Только Хельга тут причем? У нее нет недостатка в деньгах. Какие еще основания, чтобы подозревать ее, кроме твоих догадок?

— Я ждал, когда вы спросите об этом, — начальник тайной стражи довольно ухмыльнулся. — Начнем с того, что на Севере ее считают великолепным стратегом. А это дорогого стоит.

К тому же и она, и Алекс тратят больше, чем получают. Причем никаких долгов у них нет. Вы возразите, что это могут быть деньги ее любовников. Но мы-то с вами знаем, что никаких любовников нет у нее. И как же тогда объяснить траты Алекса? Щедрыми пожертвованиями? Или может быть дамы, с которыми он проводит вечера, дают ему деньги на отряд.

— Действительно глупо. Алекс слишком горд. Считает, что он достаточно силен, чтобы не просить ни у кого помощи.

— Тогда откуда у них деньги берутся? Уверен, что ваш сын и на девок кое-что тратит. Помните, много раз совпадало, что грабежи происходят, когда Хельги нет в городе. И сейчас ее нет, а у вас обчистили два корабля.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что Хельга и есть этот висельник? — ухмылялся Бродерик.

— Почему это вам кажется смешным? Приметы сходятся — рост, вес, тип телосложения. К тому же она легко могла получить сведения о передвижение ценных грузов. И вы знаете, что Северным островам помогают стихийные маги. А каким образом, вышло, что стихийные маги помогают пиратам? Хельга могла надеяться на их поддержку? Могла.

— Я согласен, с тем, что она несносная девчонка, но ты ее представляешь каким-то бесом зла.

— Ничего подобного, просто перечисляю факты. Кроме того вы задумывались, почему она интересуется политикой Книв? Часто ездит на станцию. Общается с кучей сброда, среди которого могут оказаться и осведомители. Помните ее поведение во время каждого большого съезда? Говорит с кучей послов из других стран. О чем — ни я, ни вы не знаем. Для чего ей знать о строительстве наших кораблей? А что она знает о гарнизоне Книв? Все, что только можно. А зачем?

— Ха, так она еще и шпион Севера? Я что-то не заметил, что они в курсе наших планов.

— Думаете, они вам письмо с голубем пришлют?

— Настаиваешь на расследовании?

— Если позволите.

— Я сначала сам поговорю с ними.

— Думаете, ваши дети возьмут и признаются в разбое и пиратстве? Попросят прощения?

— С Алексом говорить бесполезно, он меня не слушает. А вот с Артуром и Хельгой поговорю.

— Еще надо устроить ей проверку. Оставить сообщение о выгодном грузе, но там будет военный корабль. Вы можете сделать это сами?

***

— Как хорошо дома! — эльфка потянулась, хотела было встать, но раздумала. В ярком свете были особенно заметны рубцы и след от синяка, но выражение лица стало каким-то умиротворенным.

— Что хорошо вставать в обед и ни о чем не беспокоиться? — послышалось из потайной комнаты, запираемой с помощью магии, вход в которую замаскировали шкафом.

— Еще бы!

— Только вот не стоило тебе лезть в рукопашную. В таком виде в зал не покажешься.

— Дался мне этот зал! С такой рожей вообще лучше туда не соваться.

— А есть-то хочется, время обед, — Меллиса вышла из своего логова, сонная и растрепанная.

— Делла отставила нам что-нибудь. Она ведь наверняка получила завтрак и обед на всю компанию. А кстати, она обычно оставляет записки, где еда. Сейчас посмотрим!

Эльфка вскочила и направилась к двери. Но тут в коридоре послышались шаги и настойчивый стук в дверь.

— Это твой отец, ты можешь принять меня сейчас?

— Я не одета, подождите! — крикнула она, выругавшись шепотом. Жестом указала на лицо: — А с этим что делать?

— Иди-ка в мое логово. Я пока приму столь высокую персону.

— Только не придуши его в моей личине, пожалуйста.

— Постараюсь.

Облик Меллисы дрогнул. Волосы стали светло рыжими, черты лица и глаза изменились, она стала выше ростом. Спокойно кивнув, Хельга юркнула через шкаф в потайную комнату, где свернулась клубочком на широкой кровати с ворохом одеял.

«Как чудно, что у меня друг оборотень, — подумала она. — А то сейчас было бы мне…».

В ее жилище раздалось:

— Ты приехала в город вчера ночью, а я узнал об этом случайно. И только что. К чему такая секретность?

— Я все-таки нежная принцесса, утомилась в дороге, и мне хотелось побыть одной.

«Переигрывает чуток, но неплохо», — отметила про себя Хельга и, положив ладони под голову, задремала на пару мгновений.

— Мои визиты утомляют тебя? — вкрадчиво спросил Бродерик.

— После стольких часов в море меня утомляют любые визиты.

— Но до станции ехать четыре часа! Я после такой поездки нормально себя чувствую.

— Разве не вы твердили мне, что женщины слабее и ничтожней вас мужчин. Чему вы удивляетесь, когда я так быстро устаю.

— Ты же неделями не сходила с боевого корабля! Как ты можешь уставать от четырех часов в море?

— Хм, а вы сказали, что женщина не может управлять боевым кораблем.

— Ты издеваешься?

— Разве я смею?

Хельга давилась от хохота.

— Кстати, я пришел спросить — ты действительно была на станции?

— Конечно, на станции. Как я могу лгать вам, любимый мой отец?

«Можно подумать у меня есть еще и нелюбимый!..» — эльфка уткнулась лицом в подушку, представив с каким выражением Меллиса сказала эту фразу.

— Верится с трудом.

— Неужели у вас есть причины сомневаться во мне?

— Ладно. Что ты слышала об этом висельнике и негодяе?

— Какого именно висельника вы имеете в виду? Не того ли, что в прошлом году предлагали мне в женихи?

— Нет, того кто грабит наши суда.

— Ну, только то, что грабит наши суда. Для женщины это слишком сложная тема. Не могли бы вы поговорить о чем-нибудь другом? О вышивке крестиком, к примеру? А хотите, я покажу вам свою новую вышивку?

А вышивка у нее одна — она первая и она же последняя. Только это чудо рукоделия лучше не показывать тем, у кого слабые нервы или плохое чувство юмора. Потому что вышло все на удивление криво. «Даже специально стараться будешь, так не выйдет. Это талант надо иметь…» — покачала головой Мари, увидев однажды это творение.

— Я говорю с тобой совершенно серьезно. Ты разве не этого хотела?

— И я серьезно. Вы ведь сказали, что в вашем замке я должна рассуждать о платьях и вышивке. Все по вашему требованию. Разве вы недовольны? А, кстати, платья. Знаете, наряды, что мне сшили в прошлом году, доедает моль, можно их выбросить?

— Так что ты слышала о морском разбойнике?

— Не заставляйте меня думать о таких сложных вещах.

— Хорошего дня, — прошипел сквозь зубы Бродерик.

Вскоре Хельга услышала, как хлопнула дверь, а вслед за этим Меллиса позвала:

— Выходи, он ушел. И, кстати, Делла оставила нам записку.

— «Обед и завтрак в соседней комнате, жрите сволочи»? — поинтересовалась Хельга.

— Как ты догадалась? — рассмеялась Меллиса.

***

И все же она не стала сидеть в своих комнатах. Собрала волосы так, чтобы они скрывали половину лица, и села в закрытую карету, а вернулась только под вечер. Она ездила в Университет узнать расписание, но ректор пригласил к себе. Разговор вышел необычный.

— В следующем году вы окончите курс. Что вам хотелось делать дальше?

— Поступить на факультет философии, говорят все «орлы» учатся там.

— Вы успели поучиться во всех факультетах, кроме этого. Я вам хотел предложить что-нибудь преподавать. У нас как-то раз мало мастеров своего дела.

— Это при моей-то посещаемости? — покачала головой Хельга. — Ладно, когда студент не приходит на половину занятий, но преподавателям это непростительно. К тому же я только зимой более или менее свободна.

— Вот на зиму я бы вам и дал часы.

— Подумаю над вашим предложением. Только я могу рассказать студентам? О нравах, царящих в замке или как челюсти сворачивать?..

— Кружок самообороны мне не кажется такой уж плохой идеей. А почему бы вам не взять часов по географии? Вы можете рассказать странах, в которых побывали, морях этого мира…

«… о том кого и где можно грабить в морях», — Хельга продолжила про себя список, но вслух сказала:

— Надо подумать. Я бы заранее собрала материал и почитала программу.

— А еще у нас недавно отрылся юридический, а у вас есть кое-какой опыт в криминалистике.

— Да разве стоит с моим опытом кого-то учить? Мы с братом пару раз находили убийц, вот и все. Но наше участие сводилось к тому, что брат рисовал преступников, а я перестраивала восприятие, когда надо было. Вот и вся заслуга. Так, что нам бы самим поучиться сначала. Но я могу поговорить с лекарем отряда. У него зимой тоже работы меньше.

— Буду ждать окончательного решения, но по мне так постоянно учиться, проходить одни и те же предметы — скучно.

Уже добравшись до своих комнат, Хельга думала: «А действительно, ради чего я поступаю каждые десять лет в Университет, который сама же основала? Ради знаний? Показать, что у меня хватает ума учиться? Ради пестрой студенческой компании, которая так не похожа на бордель в замке отца? Чтобы прятаться там от Бродерика? Так ведь он меня где угодно достанет, если хочет. Может ректор и прав, хотя бы зимой быть там преподавателем. Чудная мысль. Главное — студентов не распугать на первых лекциях».

Скоро после ужина пришел Алекс.

— Где ты была эти дни?.. — спросил он с порога.

— Ясно дело — на станции.

— А ранили тебя тоже на станции? — он бросил перед ней послание.

Хельга поставила на стол песочные часы — магический артефакт, который искажает звуки. Подслушивать на этаже было некому, но подстраховаться не мешало. Алекс, знакомый с работой этой вещицы, выждал и продолжил:

— Я думал, почему после поездок на станцию ты еле живая, а еще деньги на отряд привозишь. Ты грабишь корабли нашей страны?!..

— Дорогая сестра, спасибо за два мешка золота, которые не далее как вчера ночью привезли в мой кабинет. Этого хватит надолго, — театрально сложив руки, проговорила Хельга.

— А теперь Бродерик жаждет шкуру спустить живьем с этого висельника, то есть с тебя!

— И что?

— Как и что? Это же измена! Ты дочка князя Книв, но такого он тебе не простит!

— Вот еще тоже открытие! Да я с рождения его дочка! Алекс, а на что тебе содержать отряд? На что мне отстроить город? На что реформировать контору чертову? Если бы отец дал нам эти деньги, а не тратил их на развлечения для себя и свиту Адель, мне бы не пришлось грабить. А молча наблюдать, как страдает мой народ, я не могу и не хочу.

— Так мы живем грабежом? Что Север мало финансирует твои проекты? — Алекс мерил комнату широкими шагами. Иногда оборачивался к сестре.

— У деда нет несметных сокровищ. Он не может давать мне больше. Это все уходит на содержание боевого корабля, Универ и мои расходы.

— И ты решила вопрос вот так?

— Именно! Мы как-то раз собрались, построили несколько мастерских, но денег от них не много. Построили постоялые дворы в этом году. Но разве дохода хватит?

— А ты знаешь, что отец назначил награду за негодяя, который обокрал его подданных?

— И что ты сдаешь меня?

— Я не смогу этого сделать. Но он что-то подозревает. Если попадешься, тебя запрут в башне. И никто не сможет тебе помочь — ни дядя адмирал, ни Правитель Севера, ни тем более я. Встану между тобой и Бродериком — мой отряд растопчет гарнизон Книв, собранный в сторожевых башнях, а если нет — придет подкрепление с границы. А твои приятели слишком далеко. Мари… даже не знаю, чем она поможет. Разве что будет носить тебе еду каждый день. Пойми, у тебя тут нет защитников.

— Ты, верно, забыл, что я сама демон и стою сотни? Зачем мне защитники? — Хельга, наклонила голову на бок, заглядывая в глаза брату.

— И ты вырежешь сотню ни в чем неповинных стражников, чтобы спастись? Ну-ну, — Алекс остановился и сложил руки на груди.

— Ты пришел сказать мне о том, что все плохо?

— Это ты и так знаешь. Я пришел попросить тебя сделать алиби и поскорее. Я не хочу смотреть, как тебя арестуют, а потом устраивать побег. Ты будешь в городе, но еще парочку нападений пусть устроят до зимы. А рубец на лице… если отец заметит, скажи что я тебя ударил.

— Вот уж спасибо. В эту версию Бродерик поверит.

— Не за что. Пока смогу буду помогать, тебе выкручиваться. Но из города никуда — ни на станцию, ни еще куда-нибудь. Только попробуй еще раз уехать!

— А если нет, что ты сделаешь? Снимешь с меня штаны и будешь воспитывать ремнем? Алекс я взрослая девочка, и не надо говорить мне, что делать.

— Хм, так ты не согласна с моим планом?

***

Когда брат ушел, Хельга позвала старшего сына Деллы — Реджа. Мальчик пришел сразу и робко постучал в дверь. Эльфка открыла сама.

Умный ребенок с большими карими глазами мялся у входа, комкая ворот зеленой курточки.

— Входи, — позвала Хельга. — У меня к тебе дело. Сходи на пристань, разыщи шхуну — Дьявол. Стоит у юго-восточной сторожевой башни ближе к городскому саду. Передай капитану, пусть поедет на станцию и передаст только одно слово, запомнишь?

— Да. Что я должен сказать ему?

Она прошептала что-то ему на ухо. Редж удивленно посмотрел на Хельгу, но заторопился к выходу.

Читать дальше

Вернуться в содержание

Смотреть иллюстрации

02:00
246

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!